Дневник любовницы мафии [СИ] - Страница 66


К оглавлению

66

Часа через четыре, а, может, больше приехал Дима. Он выглядел усталым. Но моему визиту не удивился. Видел машину (хотя кто ее не видел и трехэтажным не покрыл)?

— Карина? — ошарашенно спросил он, касаясь моей мокрой щеки. — Ну не плачь, все хорошо. Она в порядке. Как я говорил, Надя вне опасности, — гладил он меня по плечу. А я боролась с желанием сбросить его руку. — Ей сделали операцию на ноге, зашили голову. Она отлежится и все. Пойдем ко мне, ты замерзла.

Он протянул мне руку, помогая подняться, я приняла ее, оперлась, и тут широкий рукав соскользнул, обнажая багровые синяки. Дима как завороженный уставился на мою руку. А потом обратил внимание на выражение лица и спешно убрал ладонь, догадавшись.

Думаю, его учили, что делать в таких ситуациях, потому что дальнейшее его поведение было безукоризненно вежливым и ненавязчивым. Он оставил на столе снотворное, болеутоляющие и какие-то мази. А также он оставил банные принадлежности. И ни о чем не расспрашивал.

— Я спущусь к Алексу. Переночую у него. Вернусь утром. И я буду задавать вопросы, — предупредил он.

Наутро он действительно вернулся. Я уже сварила кофе. На двоих.

— Дима, если это попадет в мою медкарту… — вместо приветствия сказала я. Утром все выглядело чуточку, но лучше. Так всегда бывает.

— Нет. Но тебе обязательно нужно показаться врачу. Это не прихоть. И у меня есть прекрасный знакомый психотерпевт.

— Не в больнице?

— В больнице. Но я обещаю тебе анонимность.

Мы помолчали в ожидании главного вопроса.

— Кто?

— Максим Громов.

У Димы на лице отразился истинный шок. Не ожидал.

Забегая вперед, могу сказать, что я больше никогда и ничего не слышала о Максиме Громове. Я не спрашивала жив ли он, сел ли за изнасилование. Мне просто понравилась идея притвориться, что его никогда не существовало.

Дима поселил меня в общей палате и заставлял как можно больше общаться. Не только с психологом, вообще со всеми. Чтобы я не боялась, чтобы я не пряталась, чтобы я не чувствовала… вины? Ну уж вот этого-то не дождутся! А еще он заставлял меня общаться с Надей. И в этом был смысл. Правда мне пришлось ей пересказать чуть ли не в деталях все об Алексе, но это ничего. Мне тоже не мешало повспоминать хорошее из отношений с ним. Напомнить себе, что козлы бывают разные. Не все пытаются насиловать. Некоторые убийством готовы удовольствоваться. В чем уж Алекса не обвинить, так это в принуждении! Разве что переодевал он меня насильно.

Правда среди всех этих разговоров однажды Надя здорово дала маху:

— Пусть он придет, позвони ему, попроси приехать, я не могу дозвониться, — она захлебнулась слезами. — Я знаю, что если попросишь ты — он приедет.

— Если попрошу я, он приедет. Но я не хочу его видеть! Я не стану ему звонить, — сказала я тихо. — У меня даже его номера нет.

— Так возьми мой телефон, там его номер есть, перепиши и позвони. Карина, мне это нужно.

— Надя, не нужно, — тихо, но настойчиво сказала я. — У меня не просто так нет его номера. Я не хочу иметь ничего общего с этим человеком. И тебе того же желаю. Поезжай домой и забудь, пока он еще хуже не сделал.

— Бери его! — закричала она и сунула телефон мне в руки. Я взяла его, открыла крышку аккумулятора, достала симку и переломила ее пополам. И неожиданно… Надя успокоилась. — Ты выглядишь хуже, чем я. Хотя, кажется, куда уж хуже.

— Неважно.

Мы помолчали.

— Надеюсь, это не Алекс был? — хрипло спросила она. Наверное, Дима ее предупредил.

— Нет.

— Ты, эм… в порядке?

— За мной ходит десять Диминых помощников. Следят, проверяют психическое состояние… в общем полный комплект начинающего душевнобольного. Стоит поправиться только ради того, чтобы от них избавиться.

— Готова? — спросил Дима.

— Да. Бери.

Вот так, общими усилиями мы сняли с моей кровати матрас вместе со всем содержимым. Добавили к этому фото Алекса и поехали за город. К финскому заливу. Символично. Я с наслаждением смотрела как огонь пожирает все, что осталось моих постельных принадлежностей. Тогда огонь уже догорал, я взглянула на фотографию Алекса в последний раз и бросила ее в огонь тоже. Та, словно сопротивляясь, начала медленно тлеть по краям. До лица огонь добрался в последнюю очередь.

Глава 13

Пока не выцвели самые явные синяки, я в университет не ходила (да-да, еще немного, и меня от вылета уже ничто не спасло бы). Я немножко пришла в себя, начала улыбаться, скоро обещали выписать Надю. Я проводила почти все время в больнице Димы. Он охотно принимал меня. Машину я отдала на косметический ремонт, и… я просто пыталась поймать такси. Только ни одного не находилось. И мне стыд и позор, потому что вскоре я заблудилась. В родном городе. Где всю жизнь прожила. Я хотела уже позвонить Диме, пожаловаться, что мне страшно, чтобы он забрал меня. Но, увы, зарядка села под ноль. И я тупо шла дальше по улице, надеясь случайно набрести на знакомые места. Я шла быстро, так как мерзла, да и одета была весьма ярко, на радость маньякам. Сиреневый блестящий плащ и лазурный шарфик. Руки я засунула глубоко в карманы, чтобы меньше мерзли. Собственный стук каблуков пугал и заставлял оглядываться, меня, наверное, слышно было на полгорода. Я шла и как мантру повторяла, что молния дважды в одно место не бьет. Не нападут на меня маньяки, энтропия не позволит! Я грустно усмехнулась и оглянулась. Мне чудилось, что за мной кто-то следит. И потому я шла все быстрее.

Повернула налево, направо, черт, совсем незнакомые низкие дома, и ни одной постройки выше девяти этажей. Я шумно вздохнула, снова обернулась и повернула направо. Бинго! У машины горели стоп-сигналы. Там люди. Я припустила вперед, для себя решив, что лучше прикинусь приезжей, а не сознаюсь, что заблудилась в собственном городе! Но подойдя ближе я почуяла неладное. И все же поздно. Там были три людские фигуры.

66